Страна на грани мусорного коллапса

В настоящее время на территории Росси сложилась напряжённая в экономическом, социальном и экологическом плане ситуация с коммунальными отходами. К сожалению, ситуация эта не разрешается, а только усугубляется, ведя страну к мусорному коллапсу. Что можно сделать, чтобы Россия не превратилась с иллюстрацию к мультфильму «Валли»?


Основная проблема России в области обращения с отходами — нарушение иерархии обращения с ними. Несмотря на то, что Федеральный Закон №89 чётко определяет, что на первом месте стоит раздельный сбор и переработка и только потом — захоронение и сжигание, эта последовательность постоянно нарушается. Кроме того, есть отдельный Указ Президента о запрете к захоронению на полигонах фракций, подлежащих переработке. Однако, несмотря на законы, на переработку в России едет только 3-5% отходов.

Однако субъектам и населению постоянно предлагают выбирать между свалками и мусоросжигательными заводами. Причём здесь постоянно происходит подмена понятий, когда сжигание называют переработкой, в итоге люди, негативно настроенные к сжиганию, начинают бояться любой переработки вообще. Складывается ощущение, что нарушения в обращениях с полигонами специально нагнетаются, чтобы протолкнуть именно мусоросжигание, в то время, как первым пунктом в иерархии стоит раздельный сбор вторичного сырья и его переработка.

Комиссии и делегации из России возят в Европу изучать только опыт мусоросжигания, несмотря на то, что по всей Европе население уже много лет осуществляет селективный сбор отходов, а на сжигание едет только то, что нельзя переработать. Эти остатки «хвосты» уже не содержат опасных фракций, которые могут стать источниками опасных выбросов. Их можно сжигать. Но в начале сжигания стоит раздельный сбор! А про него старательно забывают или пытаются его заблокировать под разными надуманными предлогами.

В чём опасность мусоросжигания

Система мусоросжигания совершенно не эффективна и абсолютно не оправдана по целому ряду параметров. Перечислю только часть из них.

Сжигание — это не переработка

Сжигание преподносят, как вид переработки отходов. Но это обман — сжигание не является переработкой. Вырабатывать электричество из мусора имеет смысл там, где имеется дефицит электроэнергии, где она стоит дорого, где дешевле построить альтернативные электростанции, чем тянуть нитку высоковольтки. В России нет такой проблемы.

Установленная мощность электростанций России на 42% превышает пиковое потребление энергии предприятиями и населением страны (по данным Минпромторга).

Чтобы сжечь не сортированные отходы, их нужно вначале высушить. А если мы их высушиваем, то энергии затрачиваем больше, чем потом нагенерим, сжигая их. Это бульон из-под яиц и полный бред.

Стоимость электричества из мусора, если её удастся выработать, будет существенно выше, чем сегодняшняя стоимость электроэнергии. Получается, что строительство МСЗ — это бомба замедленного действия под будущие поколения, которые будут обязаны платить за то, с чего можно было бы получать доходы.

Переработчики без сырья

В России уже построены заводы по переработке вторичного сырья(макулатура, пластик, стекло). Инвесторы пришли сюда — построили предприятия, многим из которых нет аналогов в мире. Это даже не импортозамещение, а импортоопережение!

Предприниматели инвестировали миллионы евро в экономику России, но не могут вернуть инвестиции. И это в стране, где с самых высоких трибун говорят о том, что необходимо привлекать инвестиции.

Все заводы испытывают дефицит сырья, которое нужно просто собрать. Это рабочие места, рост экономики, отчисления в бюджеты всех уровней. На то, чтобы собрать вторичное сырьё нужно на порядок меньше расходов, чем на строительство МСЗ.

По скромным подсчётам отрасль переработки может дать 1,5% прибавки к ВВП. То есть мусоросжигание влечёт за собой катастрофические потери в доходах государства на многие годы вперёд.

Вторичный мусор

Сжигать вторичное сырьё — всё равно, что топить печь долларами. Большая часть вторичного сырья имеет экспортную привлекательность. Но дело не только в этом.

Когда мы делаем изделие из первичного материала, то для того, чтобы его изготовить мы тратим много ресурсов, часть из которых не возобновимы. При промышленном производстве тоже образуются отходы.

Если мы возвращаем вторичное сырьё на переработку, мы сокращаем количество промышленных отходов и экономим ресурсы: воду, электроэнергию и так далее. При сжигании — весь этот ценный ресурс улетучивается в прямом смысле слова.

Если мы вводим раздельный сбор и переработку, то мы избавляемся и от большой доли промышленных отходов. В случае сжигания — мы увеличиваем их количество.

Опасные выбросы

Технология, которую хотят внедрить в России не предусматривает сжигание всего подряд. В Европе, где стояли такие заводы — налажен раздельный сбор вторичного сырья и на сжигание идёт лишь малая часть отходов. У нас планируют сжигать всё подряд. Это значит, что мусор будет влажным и температура горения будет низкой.

Заявленные характеристики предприятий не позволяют избавиться от диоксинов в выбросах, потому что в паспортах стоит температура 1000-1200ºС, в то время как нужна от 1500 до 2000ºС. При температуре выше 1500ºС диоксины полностью разложатся и не будут восстанавливаться. Если температура ниже (что будет в нашем случае), они временно распадаются, но очень быстро восстанавливаются пока газовый поток перемещается в зону с более низкой температурой.

Диоксины — сильнейшие канцерогены, что делает зону в несколько километров от завода опасной для жизни. Перечень опасных веществ, которые будут образовываться при сжигании, очень велик. И это не только диоксины.

Как будем фильтровать?

Риск, что опасные вещества после трёх месяцев эксплуатации будут выделяться в воздух – 100%. В нашей стране возможности контролировать подобные предприятия крайне низки. Регулярная замена фильтров — дорогостоящее удовольствие. Никакой гарантии, что они будут своевременно меняться — нет.

Мы это уже проходили с МСЗ №3 в Москве, где коммерсанты несколько лет травили несколько районов города выбросами.

Получается, чтобы обезопасить себя, мы должны тратить колоссальные деньги на фильтры и прочие вещи. Хотя мы можем просто не строить МСЗ, и сохранить и деньги и свое здоровье.

Ничто на земле не сгорает бесследно

После сжигания мусора останется зола. У неё высокий класс опасности — 3 (у обычного мусора — 5 — более низкий). Золу требуется захоранивать на специальных полигонах. Но где, как и когда будут строить эти полигоны и как они будут работать и кто будет их контролировать — такой информации нет.

В Европе золу от МСЗ хоронили в старых соляных шахтах. В России таких шахт нет, поэтому неясно — куда поедут миллионы тонн токсичной золы. Они могут оказаться где угодно — в реке, в оврагах, в лесу.

И снова про сортировку

В не сортированный мусор попадают опасные отходы, такие, как батарейки, ртутные градусники и лампы, электрохлам. Выбрать их из мусора уже невозможно, а при горении они будут выделять токсины. Токсичность золы при этом тоже повысится. То есть предыдущие два абзаца, но в квадрате.

А что в Европе?

Европа уже отказывается от мусоросжигательных заводов, признавая их строительств ошибкой. А мы, выходит, хотим снова бегать по граблям, вместо того, чтобы учиться у тех, кто уже через это прошёл. То есть за государственный счёт мы приобретаем устаревшие технологии.

Раздельный сбор дешевле!

При качественной организации раздельного сбора вторичного сырья (что, напомню, на несколько порядков дешевле строительства мусоросжигательных заводов), сжигать будет почти нечего. Небольшое количество «хвостов» можно прессовать и безопасно захоранивать на правильно оборудованных полигонах.

Это будет существенно меньше, чем то количество токсичной золы, которая будет образовываться при сжигании.

Бюджетная игла

Мусоросжигательные заводы предполагается построить на основе принципа «сжигай или плати». Это означает, что вне зависимости от того, сколько мусора поедет на сжигание, жители будут платить за это. Это означает многократный рост тарифов на ЖКХ, в то время, как внедрение раздельного сбора и переработки снижает их.

Итак, сжигание отходов – это во всех смыслах — грязная технология. Кроме всего прочего она нарушает и законодательно установленную иерархию обращения с отходами — вначале раздельный сбор и переработка, а потом уже захоронение и сжигание.

Но, как показывает практика, при эффективно организованном раздельном сборе отходов и сжигать-то будет нечего. Остатки «хвосты» можно безопасно захоранивать на небольших полигонах. Всё остальное пойдёт на переработку и на благосостояние страны. Без сжигания.

Система региональных операторов

Уже несколько лет в России идёт разработка так называемых «территориальных схем». На них потрачены огромные бюджетные средства, но оказалось, что большая часть этих схем не выдерживает никакой критики. Большая часть из них написана кабинетными работниками, которые, зачастую, вообще ничего не понимают в процессах переработки вторичного сырья. Кроме того, схемы составлены в отрыве друг от друга и не учитывают никаких межсубъектных взаимодействий.

Поясняю: в Московской территориальной схеме не отражён вопрос переработки отходов. При обсуждении этого вопроса с составителями схемы получен ответ о том, что в Москве нет перерабатывающих предприятий. И из этого сделан «гениальный вывод» — Москве не нужен раздельный сбор! При этом в ближайшем Подмосковье работают десятки крупных и сотни мелких переработчиков, которые недозагружены из-за отсутствия вторсырья. Избыток перерабатывающих мощностей в настоящее время составляет от 30 до 70%. Это рабочие места, налоговые отчисления, создание поля для новых инвестиций. Но мусор из Москвы вывозится на полигоны. Получается странная история: мусор из Москвы можно везти на полигоны в Подмосковье и соседние области, а вторичное сырьё нельзя везти на перерабатывающие предприятия.

История мусорных контрактов в Москве тут: http://www.u-ra.org/vivoz-musora-v-moskve/

И такая ситуация не только в Москве. Но в регионах всё складывается ещё хуже. Во многих регионах выбранные региональные операторы взвинтили тарифы в 7-12 раз!

В своё время были разогнаны государственные предприятия по обращению с отходами. Причина – рост тарифов. В результате — страну ввергли в мусорный коллапс, а тарифы растут в ещё более масштабных размерах. Если бы эти тарифы в своё время позволили применить государственным предприятиям, то и они бы блестяще справились с задачей. А так получается, что целую отрасль умыкнули у государства, отдали частному бизнесу, заставили его укрупниться, что сделало его нерентабельным и при этом обложили население многократно увеличенным тарифом. Это ограбление страны в квадрате.

Но проблема не только в этом. Повышение тарифов приведёт к ситуации, когда население (и нерадивые предприниматели) попросту повезёт мусор в леса и поля в целях «оптимизации» своих личных расходов. При этом количество нелегальных, несанкционированных свалок кратно увеличится. И уже эти новые свалки нужно будет рекультивировать, что опять потребует средств из бюджета, увеличения тарифов.

Ужас в том, что все эти тарифы опять пойдут на захоронение или сжигание, а не на развитие отрасли переработки, о которой в последнем Указе Президента есть аж несколько пунктов.

В результате — нарастание социальной напряжённости там, где планируют или уже имеются свалки и МСЗ.

Как расшить проблему?

Для начала нужно признать, что проблема существует. В стране с 1992 года ведётся «реформа обращения с отходами», а становится с каждым днём только хуже! Причина этого в том: что у реформы нет самого главного — единого координационного центра.

Целесообразнее всего сейчас изъять восемьдесят полномочий по обращению с отходами у десяти министерств и ведомств и создать одну чрезвычайную комиссию, которая в течение нескольких лет решит эти вопросы: переработает нормативку, учтёт интересы министерств, ведомств, переработчиков, предпринимателей, населения.

Понять и принять, наконец тот факт, что создание простой и понятной системы раздельного сбора вторичного сырья кратного увеличения тарифов не требует.

Достаточно повернутся лицом к малому и среднему бизнесу (что опять же в Майском Указе Президента указано) и, изменив небольшую часть нормативки, сделать этот рынок не только прозрачным, но и эффективным. На это нужно совсем немного: политическая воля и пара лет времени. Есть люди, готовые подключиться к этой работе.

Вот только как достучаться до властей и законодателей?